«Проекты, которые можно легко описать словами, на самом деле не стоит снимать». Брэйди Корберт о фильме «Детство лидера»

Брэйди Корберт, режиссер фильма «Детство лидера», выходящего в российский прокат 8 сентября, рассказал, почему предпочитает разбивать истории на главы, на работы каких художников команда ориентировалась во время съемок и благодаря чему цифровое видео никогда не сравнится с пленкой. 

за предоставленный материал спасибо сайту http://www.cinemotionlab.com/

 

Cinemotion: Картина носит название рассказа Сартра, но имеет с ним мало общего. Почему вы решили использовать именно его?

Брэйди Корберт: Я узнал о рассказе уже после того, как начал писать сценарий. Изначально я вдохновился книгой Маргарет Макмиллан «Париж 1919»: тогда у истории еще не было заголовка.До этого у Сартра я читал только философские эссе, но понял, что история, которую мы пишем, имеет несколько общих деталей с рассказом «Детство лидера» (в русском переводе «Детство хозяина» — прим. Cinemotion). К примеру, мальчик, больше похожий на девочку, был вдохновлен детством Муссолини, но этот образ использовал и Сартр, и наш сценарий. В конце концов, я решил дать истории это замечательное название.

C: Сколько времени у вас ушло на сценарий?

БК: Я начал писать его десять лет назад, но позже отложил. Спустя пять лет я закончил его вместе с моим соавтором — Моной Фастволд.

C: У фильма четкая структура: подобие пролога, три части и своего рода эпилог. Как возникло подобное разделение?

БК: Сценарий был разделен на части всегда: увертюра, три приступа и эпилог. Мне в принципе нравится делить повествование, поскольку такая структура позволяет безболезненно переходить вперед и назад по хронологии истории. Зритель, на самом деле, очень умный. Ему не нужно долго разжевывать каждую скучную подробность. В фильмах гораздо интереснее показывать наиболее кинематографичные эпизоды истории.

C: Раскадровывали ли вы фильм заранее? Критики видят в вашей картине множество визуальных отсылок. Ориентировались ли вы на какие-то образцы сознательно?

БК: У фильма не было раскадровок. На мой взгляд, они абсолютно бесполезны.С визуальной точки зрения мы, по большей части, ориентировались на окружающую нас обстановку. Мы снимали при слабом освещении потому, что это выглядело правдоподобно, учитывая тот период, в котором разворачивается действие. Мы провели тесты камер и оптики, и нам понравилось именно это сочетание пленки и объективов. Тем не менее, на площадке у нас были книги с работами Вильгельма Хаммерсхёя и Ансельма Кифера

.C: Фильм достаточно темный, а в некоторых кадрах вы буквально задерживаетесь на черноте. Как вы выстраивали свою работу при низком освещении, особенно учитывая, что картина снималась на пленку?

БК: Мне, как и оператору Лолу Кроули нравятся изображения, где глазу нужно привыкнуть к темноте. Это очень кинематографично. Нам пришлось провести множество тестов и «пытать» негативы настолько сильно, насколько это было возможно.

C: Вы снимали на пленку фильм, в котором ключевую роль играет ребенок, то есть получился двойной риск. Как вы пробовали справиться?

БК: Я всегда много репетирую с актерами, чтобы определить их положение и мизансцены. Съемка на пленку не так уж и сложна, как многие думают. У вас есть от 12 до 20 минут в одной катушке, а это много.
Том Свит был очень профессионален. Он особенный молодой человек, поэтому мы и выбрали его по результатам кастинга, который продлился шесть месяцев. Если вы утверждаете правильных актеров, то и жить вам становится легче.

C: Вы с оператором сразу решили, что будете снимать фильм на пленку? Рассматривали ли цифровые камеры в качестве варианта?

БК: Цифровые видеокамеры — это второсортная технология. Неважно, поддерживают ли они разрешение 4K, 6k, 8k или 12k… 20 тысяч пикселей смогут запечатлеть только небольшую часть бесконечных возможностей полного спектра цветов. Лично мне не нравится смотреть фильмы, снятые на видеокамеры. Мне кажется, позже, когда мы будем оценивать этот период в перспективе, то изображения, которые получают сейчас при помощи цифровых технологий, покажутся примитивными и уродливыми. Среди проектов, снятых на видео, мне нравятся всего лишь несколько работ: например, «Побудь в моей шкуре» Глейзера и фильмы Ларса фон Триера. Они задумывались с учетом этого формата и эффективно его использовали.

C: Как долго вы искали локации и почему остановились именно на этих? Все ли удалось воплотить?

БК: Нам удалось добиться всего, что мы хотели сделать, но мы проводили многомесячные поиски локаций и долго готовились. На самом деле, вам нужны не столько деньги, сколько правильная команда, которая заинтересована в воплощении проекта. Да, бюджет был небольшой, так что все было чрезвычайно сложно. Нам пришлось пережить множество проблем и стрессов и, фактически, никому не заплатили столько, сколько было нужно. Тем не менее, фильм получился.


C: Расскажите про музыку в фильме. Задумывали ли вы, где в фильме будет музыкальное сопровождение сразу же, или же определяли это на постпродакшне?

БК: Мы определили, где будет музыка, а где — тишина, еще на стадии сценария. При этом мы ориентировались на свою интуицию. Скотт Уокер присоединился к проекту достаточно рано, так что я всегда знал, как будет звучать саундтрек.

C: Собираетесь ли вы снимать подобные нетрадиционные с точки зрения повествования фильмы и дальше, или рассматриваете возможность пробовать себя в более жанровом кино?

БК: Я не люблю жанровое кино. Это просто какое-то расплывчатое упражнение в стиле. Мне кажется те проекты, которые можно с легкостью описать словами, на самом деле не стоит запускать в производство. Лучше всего на эту тему высказался Джафар Панахи: «Если вы можете фильм рассказать, то зачем его снимать?» 

за предоставленный материал спасибо сайту http://www.cinemotionlab.com/
09.12.2016 | 83 | НОВОСТИ О РОБЕРТЕ | Гость
Комментарии (2):
0
2  
Как интересно! Большое спасибо за статью! good

2
1  
Огромное спасибо за статью.Сложность фильма меня не пугает.Буду ждать диск.И Следить за успехами фильма.

Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]