Интервью с Робертом Паттинсоном и Скайлером Гисондо для промо PRIMETIME
Присаживайтесь, берите печенье и покупайте билеты на PRIMETIME.
Закадровый голос:
«Может, присядешь вон там?»
«Давай же»
«Разве ты не моя?»
«Ты же видишь, как это выглядит, да?»
«Большие планы на вечер?»
Текст на экране:
PRIMETIME / IN THEATERS EVERYWHERE / SEPTEMBER 25
PRIMETIME
NOW PLAYING NATIONWIDE
Роберт Паттинсон во время пресс-мероприятия PRIMETIME; фото опубликовала его стилист Тейлор Макнилл.
12 лет в создании.
Голос за кадром: Вы, ребята... / Хорошо.
Голос за кадром: Ладно, открывайте.
(Роберт Паттинсон и Скайлер Гисондо смеются)
Роберт Паттинсон: На самом деле я этого ещё не видел. Она только одна такая?
Голос за кадром: Это первая, которая у нас есть.
Скайлер Гисондо: Ого! Круто, чувак.
Роберт Паттинсон: А это что за маленькая? А-а...
Скайлер Гисондо: А, это потрясающе.
Роберт Паттинсон: О, ещё одна! (смеется)
(Оба смеются)
Роберт Паттинсон: Это довольно круто.
Скайлер Гисондо: Реально круто.
Роберт Паттинсон: Это весьма... специфический подарок!
(Оба смеются)
Роберт Паттинсон и Скайлер Джизондо с Slushy Noobz для PRIMETIME press.
Роберт Паттинсон и Скайлер Гисондо были АБСОЛЮТНО ОШЕЛОМЛЕНЫ, когда ютуберы Slushy Noobz раскрыли, что они подделывали свои британские акценты на протяжении ВСЕГО интервью для их нового фильма «Primetime»
Мартин: Как дела? Эй, приятно познакомиться.
Скайлер Джизондо: Скайлер.
Мартин: Эй, очень приятно.
Роберт Паттинсон: Как дела? Приятно познакомиться. Рад с вами познакомиться, парни.
Мэнни: О, камеры уже пишут? Да.
Мартин: Да.
Мэнни: Отлично.
Мартин: Идеально. Что ж, мы здесь, чтобы поговорить о фильме «Прайм-тайм». Потрясающее кино, мы посмотрели его вчера вечером. Мы вчера вечером устроились в обнимку и смотрели его вместе в отеле. Вы, парни, остановились здесь, в этом отеле?
Роберт Паттинсон: Я... я нет, я сейчас снимаюсь в «Бэтмене», так что я его не увижу.
Мартин: О, понятно. Ты занят.
Мэнни: Но мы смотрели его в обнимку, и это было просто фантастически! Вы, парни, абсолютно сокрушительно справились! Это было невероятно.
Мартин: Это фильм о шоу «Как поймать хищника» от NBC, которое закрылось. Многие люди толком не поняли, почему и как оно закончилось. Так что было очень интересно наблюдать, как вы оживили эту историю. Что привело вас к этому проекту? Что заставило вас проявить к нему интерес? Я знаю, ты работал над продюсированием, изучал образ Криса Хансена, ходил по Нью-Йорку, слушая его подкаст, чтобы проработать голос. Что заставило тебя сказать себе: «Это для меня, я должен быть в самом центре этого»?
Роберт Паттинсон: Думаю, это просто одна из тех вещей. Я был знаком с этим шоу ещё с юности и помню, что оно производило сильное впечатление уже тогда, даже по небольшим отрывкам и нарезкам на YouTube. А потом мне попался этот сценарий. Первый черновик сценария появился будто ниоткуда, и это из тех текстов, которые читаются на одном дыхании, как молния. Я подумал: «Воу, это выглядит очень взрывоопасно». И как раз тогда началась новая волна подражателей на Twitch и YouTube, всё только закручивалось. Вокруг них было не меньше споров. Я подумал: если мы снимем этот фильм сейчас, тема будет становиться всё масштабнее и масштабнее, она перерастёт в более широкий культурный диалог. И это просто завораживает, когда ТВ-шоу 20-летней давности сохраняет едва ли не больше культурной актуальности, чем в то время. Я имею в виду, люди всё ещё так много о нём говорят. К тому же произошло столько любопытного с самим Крисом Хансеном лично. Почему его образ так растиражировали, почему о нём выходили эпизоды в «Южном Парке». Столько разных пародий и всего прочего. Он превратился в огромный интернет-мем. И я подумал, что исследовать это будет действительно интересно.
Мартин: Роберт, в фильме ты выглядишь очень угрожающе и пугающе. Скайлер, каково тебе было в реальной жизни находиться рядом с ним и видеть его в таком состоянии?
Скайлер Джизондо: Абсолютно! Да, на самом деле происходило много мета-вещей, которые очень помогли. Роб — актер из категории великих. И я, идя на съемки, ужасно нервничал и одновременно был в восторге. И с самого начала... первая сцена, которую мы снимали, была как раз той, где Дэн особенно поражен энергией и присутствием Криса. И это был первый раз, когда я вживую увидел, как Роб включается в работу и входит в образ. Так что реальная жизнь буквально перетекала в искусство, а искусство — в жизнь: я сидел там в полном священном трепете от того, что мы делаем это прямо сейчас. И Дэн переживал ровно те же чувства. Так что это правда помогло, ведь Дэн смотрит на Криса со снизу вверх — у Криса есть всё, о чем Дэн когда-либо мечтал, он звезда собственного телешоу.
Мэнни: И я хочу сказать... Я знаю, ты сейчас собираешься вмешаться и задать вопрос, но я перехвачу инициативу. Я скажу так: ты актер, играющий актера, который играет 13-летнего мальчика. Это было сложно?
Мартин: И в дополнение к этому, я знаю, что тебе пришлось как бы подделывать голос под 13-летнего, на это было очень интересно смотреть. Ты брал что-то от фильма «Воздушный будда» (Air Bud)? Эйр Буд... Он там проступал хоть немного или нет?
Скайлер Джизондо: Надо было! Я и не думал возвращаться к «Воздушному будде», чувак. Это хорошая... Эх, жаль, что не додумался, отличная идея... На самом деле это... это очень помогло... Да, сцена моих реальных проб к этому фильму — это была сцена проб Дэна для шоу. И часто... я ведь начал сниматься еще ребенком, так что... Я просто вспомнил то чувство нервозности и рвения. И к этому было довольно легко обратиться, это не казалось чем-то далеким. А что касается голоса, я занимался с преподавателем по вокалу из мюзиклов, чтобы немного поднять регистр голоса. И как ни странно, переключиться на этот детский голос было не так уж и сложно.
Роберт Паттинсон: Это было несложно.
Скайлер Джизондо: Да, из всего, что было в фильме, этот голос как-то сам собой вырвался. Как тот ролик с Билли Бобом — он просто взялся и проступил, да.
Мартин: Да, а эта тема с попыткой получить роль, чтобы вступить в гильдию актеров — мне очень понравилось наблюдать за этим. Я бы никогда не подумал, что людям реально приходится проходить через такое. В шоу «Как поймать хищника» всё так и было? Люди получали актерские баллы, работая наживой? Да, на все 100%. Вау.
Скайлер Джизондо: Я практически уверен в этом.
Роберт Паттинсон: Всё верно.
Мартин: Отличный концепт.
Роберт Паттинсон: Мне очень нравится.
Мартин: А у вас самих были какие-то смешные истории, когда вы получали свои первые роли и актерские карточки? Я знаю, ты снимался в рекламе Pizza Hut, когда тебе было около шести лет.
Роберт Паттинсон: Да, кажется, мне было шесть.
Скайлер Джизондо: Да, это были мои первые пробы. Помню, мама повезла меня на встречу с агентством, и они сказали: «Ну, все наши дети сейчас на пробах для Pizza Hut на другом конце города, почему бы тебе тоже не попробовать?» Там было около сотни детей, и им нужно было найти ребенка прямо в тот же день. Все выходили или удрученными, или чересчур воодушевленными. Спустя пару часов заходов и выходов они говорят: «Ладно, ты подходишь». И да, я сделал это. Мой отец думал, что это развод, и спрашивал: «Во сколько нам это обойдется?» А я почему-то решил, что съемка в рекламе означает пожизненную бесплатную пиццу в Pizza Hut. Я просто искренне верил, что когда снимаешься в рекламе чего угодно, получаешь это бесплатно. Был ужасно разочарован, узнав, что это так не работает.
Мэнни: Фильм ведь снимался в тайне. Он назывался «Синепёрый тунец» (Bluefin Tuna). Это было кодовое название. Кто его придумал? И нормально ли для фильмов иметь кодовые названия? И любите ли вы тунец?
Роберт Паттинсон: Люблю ли я тунец?
Роберт Паттинсон: Да, я люблю тунец. Да. С этим главное не перебарщивать. Я буквально... Я как-то снимался в фильме много лет назад — абсолютно не относящаяся к делу история — где я всё время ел только тунец. И я даже... В итоге дошло до того, что я даже не выкладывал его из банки. Я просто... Я ел тунец прямо так, как кот.
Скайлер Джизондо: Чисто ради мышц? У тебя уровень ртути, должно быть, зашкаливал!
Роберт Паттинсон: Да. И я помню, как однажды кому-то пришлось съездить ко мне в квартиру Airbnb, чтобы забрать кое-какие вещи, а я еще и сигареты тогда курил... И они вернулись в квартиру, и потом пошел такой слух, мол: «Господи, я видел его жилье, там всё просто завалено банками из-под тунца»... Потому что я не знал, когда снаружи забирают мусор, и у меня лежал целый мешок тухлых банок из-под тунца, тухлые протеиновые коктейли... И я еще использовал банки из-под протеина как пепельницы. Так что там буквально были тухлый тунец, протеиновые коктейли и мусор повсюду. И помощник режиссера зашел туда, и после этого он меня просто панически боялся. Он такой: «Оу, ты буквально... Ты типа... Боже мой, что с тобой не так?», потому что он открыл дверь и сказал, что там пахло так, будто внутри лежит несколько трупов.
Мэнни: Ладно, возможно, мне не стоило открывать эту банку с тунцом. Черт, извините.
Мартин: На самом деле, Роберт, Скайлер, мы всё это время вам врали. Мы вообще-то канадцы. И мы просто отрабатывали акцент.
Мэнни: Сними сережку, покажи им.
Мартин: Они фальшивые. Я надел их просто чтобы произвести на вас впечатление, посмотреть, что вы скажете. На самом деле я Мартин, а это Мэнни.
Скайлер Джизондо: Так...
Скайлер Джизондо: Мы аплодируем вам стоя!
Роберт Паттинсон: Да, это было невероятно! (аплодируют)
Мэнни: Спасибо.
Мартин: Это реально было хорошо или нет?
Скайлер Джизондо: Нет, отлично!
Роберт Паттинсон: Отлично!
Мартин: Ладно, и причина, почему мы это сделали — вы ведь постоянно подделываете акценты в кино, правда? На каком месте акцент Криса Хансена...
Роберт Паттинсон: Погодите, можете снова переключиться на американский? Я пытаюсь понять, что...
Мартин: Канадский.
Роберт Паттинсон: О да, но что... А какой у вас был американский акцент до этого?
Мартин: Или мой британский?
Мэнни: Это был британский?
Мартин: Это был британский?
Роберт Паттинсон: Вы изображали британский акцент? (смеётся)
Мартин: Получилось не очень?
Мэнни: Ну, нас бросало из стороны в сторону.
Роберт Паттинсон: Мне кажется, тут у нас был Эссекс!
Мартин: Ну, у тебя он тоже был очень выраженным, так что... В общем, тут найдётся кое-что для каждого.
Роберт Паттинсон: Да, я просто как-то чувствую...
Мартин: Мы заставили вас посмеяться?
Роберт Паттинсон: Это было круто!
Скайлер Джизондо: Это было круто!
Мартин: Отлично.
Скайлер Джизондо: Ребята, вы всё ещё говорите с акцентом? В этом есть ещё один двойной подвох?
Мартин: Нет, это просто канадский. Думаю, я просто... Мы репетировали всё утро ради этого. Эм... Так где акцент Криса Хансена располагается среди всех остальных, что ты делал?
Роберт Паттинсон: Точность просто невероятная, скажу честно. Это было сложно? Довольно тяжело, да. Я имею в виду... Когда я только подключался к проекту как продюсер, я думал, что у меня вряд ли получится. Но потом в один из дней, помню, я постоянно слушал его подкаст, пытаясь придумать реплики для сценария, и вдруг осознал, как именно нужно складывать губы и артикулировать. Он произнес одну фразу, и я такой: «О, а это на самом деле очень приятно делать». Но я всегда больше думаю о том, что звучит и ощущается хорошо лично для меня. Ты не думаешь: «О, похоже ли это на него?», ты будто просто пропеваешь это.
Мартин: И что помогает удерживать этот голос стабильным на протяжении всего фильма? Да.
Роберт Паттинсон: И еще есть моменты... ведь не существует записей, где он кричит или теряет контроль. А в фильме представлена как бы гиперболизированная версия. И поэтому трудно было представить, как звучал бы такой акцент на пределе эмоций.
Мэнни (в жёлтой рубашке с галстуком): ...энтузиазма. Гм, ну, подождите, и в фильме, мы, очевидно, это было связано с, да, фильм со всеми этими мышцами, фильм... извините, да.
Мартин (в серой кофте): Фильм.
Мэнни: Фильм, да.
Мартин: ...Фильм.
Мэнни: Э-э, восьмиминутные стоячие овации в Венеции, это невероятно для людей, которые не знакомы с этим...
Мартин: Восемь минут с точки зрения времени — это сколько?
Мэнни: Это просто... это как... я видел комментарий в TikTok, где говорили: «Это около 50 тиктоков». Они такие: «Я бы так не смог». (Роберт Паттинсон и Скайлер Джизондо смеются) Типа: «Это слишком долго». Каково это было? Я видел, как ты шепнул что-то на шестой минуте. Так что, знаете, вам нравится, когда они так делают?
Роберт Паттинсон: Я имею в виду, странность тут в том, что софиты направлены прямо на тебя и ты не видишь остальных зрителей в зале.
Мартин: Ага.
Роберт Паттинсон: ...И ты как бы думаешь: «Мы что, единственные, кто хлопает?» Мы просто типа... потому что ты на самом деле не слышишь... (смеётся) типа... и ты вполне можешь просто... ты просто аплодируешь сам себе целую вечность.
Скайлер Джизондо: Чувствуешь себя безумцем. Да, я и не осознавал, что ты типа хлопаешь... К тому же ты хлопаешь им в ответ, так что я просто продолжал... Я помню, как несколько раз спрашивал тебя: «Сколько ещё?» Типа: «Ты просто продолжаешь...»
Мартин: Это как когда кто-то поёт «Happy Birthday». Это типа: «И что тебе делать?»
Мэнни: О, это именно то самое ощущение.
Мартин: Ты же не можешь подпевать. Ну...
Скайлер Джизондо: Подпеваешь.
Мартин: Ну вообще можно. Я подпеваю. Я не знаю, что я должен делать.
Мэнни: Icky и Neo-Arlo — надеюсь, я правильно произношу. Это продюсерская компания, и «Прайм-тайм» стал её самым крупным проектом, насколько я понимаю. Каково это для тебя — брать на себя такое руководство? Мне всегда казалось, что глубокое погружение в продюсирование — это последнее, чем захочет заниматься актер: лишняя ответственность и работа. Тебе это нравится?
Роберт Паттинсон: Это круто. Я до сих пор не до конца понимаю, что такое продюсирование, кроме концепции «я просто постараюсь участвовать во всём, даже если меня об этом не просят». Но это было одно из самых вдохновляющих дел в моей жизни. Создание компании дает возможность обращаться к людям в индустрии совершенно иначе. Будучи актером, странно позвонить монтажеру и сказать: «Давай встретимся, мне просто нравится твоя работа». Повода вроде как нет. А когда ты продюсер, ты можешь встретиться с кем угодно и завязать новые связи. У меня теперь совсем другие отношения со всей индустрией, и это здорово. Чувствуешь, что тебе всегда есть чем заняться, а не просто сидишь, звонишь агенту и ждешь, пока тебе что-то принесут. Самое классное, что многих людей для этого фильма мы нашли через Instagram — просто связывались с теми, кто казался нам смешным, и предлагали поучаствовать. Это невероятно приносит удовлетворение. Рад это слышать.
Мартин: Наше время вышло.
Роберт Паттинсон: Хорошо.
Мартин: Что ж, надеюсь, вам понравились наши акценты и вопросы.
Мэнни: Было очень приятно познакомиться. Огромное спасибо за время. Спасибо.
Мартин: Давай, бро, быстрее, что там написано?
Мэнни: Мы выкладываем время, когда будем в каждой локации, чтобы люди знали заранее. А еще включаем отслеживание в реальном времени, чтобы все могли видеть наш маршрут. Мы буквально деанонимизируем сами себя. Я придумал вещь, которую никто раньше не делал — добровольный деанон. Немного жутковато.
Вот перевод текста на русский язык:
Роберт Паттинсон, который изначально не собирался сниматься в фильме «Primetime» («Прайм-тайм»), признаётся, что именно сценарий Аджона Сингха заставил его изменить свое мнение:
«Я люблю истории о персонажах, которые вынуждены подвергать сомнению свою идентичность, но сценарий Аджона уловил нечто более глубокое. Эта история интересна тем, что у каждого, кто участвовал в создании шоу "To Catch a Predator" ("Поймать хищника"), изначально было одно намерение, которое трансформировалось во что-то совсем иное по мере столкновения с новыми реалиями. Но из-за самой природы создания шоу о ловле сексуальных хищников серьезность темы вступает в конфликт с жаждой внимания со стороны аудитории.
Что показалось мне интересным, так это то, что сюжет рассказывает о человеке, который пытается разобраться в собственных мотивах, когда реальность постоянно заставляет его их менять. Мир, в котором он действует, делает его личные ставки чрезвычайно высокими, а растущее давление со стороны руководства телесети усиливает его неуверенность в себе, которую он компенсирует грандиозными планами и замыслами. Когда ему приходится так сильно полагаться на одну лишь слепую веру, он начинает терять связь с реальностью».
Роберт Паттинсон о Крисе Хансене, шоу «To Catch a Predator» и сложных взаимоотношениях между серьезными темами и телевизионным развлекательным контентом в «Primetime»:
«Независимо от того, насколько благородны были намерения Хансена, коммерческие потребности телевизионной сети всё равно приходится учитывать. Абсурдность и комедийность «Primetime» во многом обусловлены факторoм "развлекательности" шоу — вам приходится бороться за конкуренцию, если вы хотите нарастить аудиторию. На самом деле тот факт, что Крису пришлось придумать фирменную фразу, ставшую популярным мемом, объяснялся исключительно развлекательной ценностью, несмотря на всю серьезность темы.
Я помню, как в 2008 году смотрел огромное количество передач в жанре тру-крайм, включая "COPS" ("Полицейские"), но шоу Криса Хансена выделялось на общем фоне. Эти операции по поимке вызывали у зрителей мощный эмоциональный отклик, но само шоу было гораздо сложнее. Ловля педофилов — столь серьезная тема, и тем не менее это телевизионное шоу, к которому применялись те же критерии успешности, что и к ситкомам или реалити-шоу. Наследие Хансена в интернете и поп-культуре, а также то, что его шоу постоянно разбирают на цитаты, — лучшее тому подтверждение.
Крис невероятно затягивает как персонаж и как человек, и я считаю его манеры и голос культовыми и вдохновляющими. Он одновременно загадочный и незабываемый — абсолютно уникальный».
Скайлер Джизондо о игре Роберта Паттинсона в «Primetime» («Прайм-тайм»):
«Он принимает абсолютно ни на кого не похожие решения и делает невероятно интересные вещи в своей актерской игре — но ничто не могло подготовить меня к тем смелым и неожиданным приемам, которые он демонстрирует в роли Криса Хансена. Роберт понял, что жизненная сила Криса исходит из уничтожения зла, которое, как он считает, окружает нас повсюду. Только ловя этих хищников, он может погасить огонь внутри себя — и во всем мире».
Лэнс Оппенхайм о роли Роберта Паттинсона в фильме «Primetime» («Прайм-тайм»):
«Каждый день на съемках с Робом приносил что-то новое и неожиданное в плане того шока и трепета, которые он выдавал, как только включались камеры. В каком-то смысле это было очень похоже на съемку героя документального фильма — мне хотелось просто наблюдать за ним и подстраивать свои планы под то, что он делает. Его игра во многом сформировала тон всей картины; проект буквально развивался вокруг него. Было ощущение, что он сшил частички самого себя воедино со всеми версиями Криса Хансена, которые мы когда-либо видели — на NBC, на YouTube, в "Южном Парке". И каким-то образом за всем этим Роб ни на секунду не упускал из виду человечность — эмоциональную тяжесть этой работы и ту цену, которую приходится платить за жизнь в этом мире 24/7, когда ты охотишься, как считает сам персонаж, на самых настоящих монстров».
«Одна из причин, почему Роб — один из величайших актеров нашего времени, — это его вкус. Он невероятно эрудирован, много читает и смотрит огромноe количество кино. Он мыслит как режиссер. Я отправил Робу и Брайтону сериал "Ren Faire" ("Ярмарка Возрождения"), над которым тогда работал, и незавершенную версию "Spermworld" ("Мир спермы"). Роб признался мне, что "Spermworld" его напугал. Думаю, он имел в виду это как комплимент».
Лэнс Оппенхайм хвалит Роберта Паттинсона в пресс-материалах к фильму «Primetime» («Прайм-тайм»).
Роберт Паттинсон о своем методе вживания в роль Криса Хансена для «Primetime» («Прайм-тайм»):
«Примерно за две недели до съемок я заходил в чаты и притворялся шестнадцатилетним подростком, а потом предлагал им встретиться лично. Один из них действительно пришел на встречу со мной в супермаркет Tesco и выкрикнул: "НИ ХРЕНА СЕБЕ, ЭТО ЖЕ РОБЕРТ ПАТТИНСОН!" Я так и не признался ему, что этим шестнадцатилетним мальчиком был я».